Леди и Бродяга  - Эмилия Грин

– Коршунов, ты в своем уме? Зачем пришёл? Снова решил поиздеваться надо мной? Добить? – в её светло-голубых океанах бушевал двенадцатибальный шторм.

Всю ночь не спал, готовясь к этому разговору, вот только увидел красные слезящиеся глаза и обо всем позабыл. Даша стояла в дверном проёме такая хрупкая, словно невесомая, с розовым педикюром и в белой сорочке, которая немного сползла с плеча, оголяя бледную кожу. На лбу девушки блестела испарина. Спутанные пряди волос прилипли к лицу и плечам. Её округлая грудь проступала сквозь тонкую ткань, и я плотнее свёл челюсти, чтобы не таращиться на неё, как первобытный дикарь. Без привычных каблуков Ласточкина еле доставала мне до плеча.

Быстро снял куртку и разулся, проходя в небольшую гостиную.

– Ян, что ты творишь? Зачем ты пришел? – хрипло шептала, не поспевая за мной босыми пятками.

Обратил внимание, что на журнальном столике лежит градусник. Он всё ещё светился. Поднес термометр к лицу и, разглядев отметку, изумленно присвистнул.

– Ну-ка, марш в постель! – скомандовал серьезным голосом, еще раз внимательно скользя глазами по её телу.

Ещё вчера вечером мне показалось, что она выглядит немного болезненно, а сегодня уже все симптомы на лицо.

– Нет! Никуда я не лягу, пока ты не уйдёшь! – в глазах моей ласточки появились слёзы. Видел, что она держит оборону из последних сил.

– Я уже никуда не уйду. Привыкай… – подавил вздох, когда лицо холодной королевы исказила гримаса непонимания.

– Ты с ума сошёл? – прошептала пораженно.

Щёки Ласточкиной раскраснелись ещё сильнее, а голос стал хрупким и надломленным.

– Ага. И уже давно, – сделал шаг навстречу своей дерзкой девчонке, миролюбиво вытягивая руки вперёд.

– Убирайся отсюда, лживый предатель! – неожиданно Даша налетела на меня, изо всех сил молотя кукольными кулачками в грудь. Где только нашла столько силы?! – Вон из моей квартиры и жизни! Вон! ВОН! – из её глаз катились слёзы, а сахарные губы тряслись. Сгрёб её в охапку и повалил на диван, усаживая к себе на колени.

– Ну, всё! Тише-тише! Я ведь знаю, ты не такая! В глубине души живёт очень добрая девочка! Самая хорошая девочка из всех, кого я встречал… Немного вредная и капризная, но с большим добрым сердцем. Ты просто хочешь казаться холодной и гордой, но льды растают, и все увидят, какая ты настоящая… Ты ведь покажешь мне, какая ты настоящая? А, Даш? Мне покажешь? – сжал её заплаканное лицо ладонями, крепче прижимая к груди.

Девочка вдруг затихла, опуская ресницы. Её тело пылало. Почувствовал беспокойство, решив, что разговаривать мы будем, когда Дашка придет в себя.